Jump to content

Recommended Posts

- Конечно.                                                                                                                                

– Теперь, Джеймс, о самой щекотливой особенности этого вопроса. Опекунство, с точки зрения людей, которые имеют прямое отношение к нему,  абсолютно необходимо. Почему ? Комментарии здесь излишни.  То, что это не в интересах Бруно, понятно. Для Бруно важнее создание семьи, я имею ввиду вступление в брак и следующее за этим возможное рождение детей, которые могли бы на законных основаниях воспользоваться соответственной долей наследства, получить образование и вести обеспеченную жизнь, ведь они могут оказаться достойными членами нашего общества. Да и сам Бруно не так уж безнадежен, как это кажется. Я говорил с его австрийскими соседями из Зальцбурга. Они вообще ничего странного в его поведении не замечали. Да, он  всегда был логичен, прост, вежлив, правда, немного замкнут и наивен. Но все, что ему требуется , на мой взгляд, - это добрая умная заботливая женщина среднего культурного развития, естественно, без авантюрных отклонений. Вот об этом стоит позаботиться. Здесь, возможно, потребуется какая-то лояльная форма контроля, ведь при удачном исходе вся сумма наследства может дойти до 400 миллионов . А с деньгами Вайса - до 600 миллионов.  Это до  уплаты гонораров и налогов. Я не имею права обсуждать с вами подробности. Но, повторяю, никакого опекунства. Каково ваше мнение, Джеймс ?                                                                 

-Мне очень мало известно о существовании лояльных форм контроля. Понятие «контроль» это действие, снабженное какими-то рычагами насилия, направленного на объект , или слово « контроль» здесь не совсем подходит. И это будет называться просто наблюдением, но в остальном, мне это все нравится.                                                                                                                                                                                       

- Вот и отлично, Джеймс. Приятно видеть в вашем лице выразителя общественного мнения. А над созданием ненасильственной формы контроля хотя бы над частью наследства мы будем работать, ведь альтернатива этому- опекунство- весьма устаревшая форма социальных отношений, которая исторически обросла рассказами о нечестных поступках, обманах и породила колоссальное количество судебных процессов. И не забудьте, что еще никто на территории Соединенных Штатов Америки не доказал какую-либо ненормальность Бруно. Пока это лишь возможно мнение австрийских врачей, но даже и об этом пока ничего достоверно не известно. А теперь, если интересно, я расскажу о проблемах, с которыми я столкнулся на днях. Давайте вернемся к Мухамеду Харрари.

Мне показалось, что Оппенгейм совершенно не нуждался в моем одобрении.                                                                                                                                              

–Джеймс, месяц назад мне позвонил Мухамед Харрари и предложил встретиться. Я предложил ему прийти в офис. Он отказался, но я настоял, и он пришел. Дело в том, что у Сальватора Гриффина был довольно длинный хвост преступлений в Йемене и Саудовской Аравии. Он чувствовал себя там, как рыба в воде.                                                                                                                             

– Еще бы !                                                                                                                                                     

-Тогда было время , когда американцы вообще были недосягаемы для закона на Востоке. Но сейчас времена меняются. Скоро всем будет править шариат. Сальватор увлекся несовершеннолетней девочкой из христианской семьи  копта, очень уважаемого человека в общине, но двое старших сыновей его недавно приняли ислам и пользуются покровительством высших религиозных кругов. Позже, Сэл был обвинен в изнасиловании девочки. Это серьезное обвинение на Востоке. Сальватор бежал из Йемена, но иногда посещал его под разными фамилиями. Семья коптов пыталась преследовать его, но он был очень неплохим конспиратором. Он всегда узнавал о приезде

старика в Дубай заранее. В конце концов старик копт  каким-то образом оказался во время пожара на предприятии Сэла  и погиб. А его сыновья продолжают преследование. И сейчас они оказались в Нью-Йорке. Они еще не знают о продаже предприятий в Дубайе и о смерти Сальватора, так как не понимают по-английски. Сейчас они живут в доме Мухамеда Харари. Он - бывший знакомый Сальватора и знал каждый его шаг. Теперь Харрари угрожает мне осложнениями при продаже предприятий Сальватора, если я не выплачу ему один миллион долларов. Он может очень повлиять на сыновей старика , то есть братьев его дочери, ведь она по какой-то причине находится в психиатрической больнице. Они хотят получить довольно большую компенсацию от Сэла. Стоит только создать прецедент оплаты различных исков при продаже предприятий, как эти иски посыплются, как из рога изобилия. Уплатить Харрари то, что он хочет, несложно, тем более, что я нашел в документах Сальватора расписку, выданную Мухамеду Харрари Сальватором ранее. Просто нужно вернуть эту расписку опять Харрари, он приведет ее в надлежащий вид, затем выдать ему деньги и считать эту расписку абсолютно законной. И ни один ревизор меня не упрекнет. Это то, что требует Харрари. Но, когда имеешь дело с такими проходимцами, надо быть очень осторожным. Я тут же позвонил в полицию, и вчера Харрари был предупрежден. Я не пойду ни на какую противозаконную сделку,-  с возмущением сказал Оппенгейм. 

Оппенгейм говорил иногда о наследстве Бруно как о своей собственности, а, может, он был предан интересам Бруно Шнайбе, и мне все показалось?

В воскресенье утром Бруно устроил истерику, он нарисовал клоуна для Гортензии Кугельмахер, и хотел сделать ей подарок. Я не пускал его в «МасДональдс» одного- он мог заблудиться и вообще все могло случиться с таким человеком в нашем большом «яблоке». Чрезмерная доверчивость- это не для Нью-Йорка. Габи тоже не хотела провожать Бруно на это свидание, но клоун был так хорош! Бруно схватил картину и выбежал на улицу. Габи не поспевала за ним. В это время на улицу вышла наша соседка миссис Холлендер прогулять свою собачонку. Соседка была в таком возрасте, когда перед тем, как вывести собачку на улицу, надевают бриллиантовые серьги и колье, потому что, если не сейчас,- то когда? Бруно подбежал к ней и, смешивая немецкие и английские слова, стал просить ее проводить его до «МакДональдса». Соседке было абсолютно нечего делать, и она страшно обрадовалась такой просьбе. Она даже не спросила, где находится «МакДональдс». Миссис Холлендер явно была не из его посетителей, и они двинулись по Парк Авеню на юг. Габи пыталась его догнать и заговорить ним, но он был обижен на нее и все время отворачивался. Так и дошли они до одного из «МасДональдс». А в это время швейцар названивал по телефону мне в квартиру: оказывается какая-то леди спрашивает кого-нибудь из квартиры 3-Р. Я тут же спустился вниз, и увидел пышную блондинку с синяком под глазом.                                                                                                                                                                    

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

 

Миссис Кугельмахер было приблизительно около 40 лет, и она возможно не была клиенткой миссис Кендалл. Но Бруно уже посчитал аудиенцию законченной и собирал картинки со стола. Эти подробности я узнал от рассерженной старушки, которая жила шестью этажами выше в нашем подъезде. Как только я узнал об этом, я тут же рассказал все Оппенгейму, он немного расстроился и сказал :                                                                                                

-Нам есть о чем поговорить, помимо   этого,Джеймс.                                                                                                            

– Да, я слушаю вас.                                                                                                             

–Джеймс, вам знакомо имя Мухамед Харрари?                                                            

- Да. А что вы могли бы о нем сказать?                                                                     

- Если быть кратким,  он – дерьмо.                                                                                 

– А если поподробнее ?                                                                                            

- Он того не стоит.                                                                                                    

-Джеймс, мне очень приятно, что у меня с вами одинаковый взгляд на некоторые вопросы. Понимаете ситуация с наследством доктора Вайса и Гриффинов очень нестандартная. И может легко зайти в тупик.                                        

–А что, собственно, произошло?                                                                              

-Я как адвокат Сильвии Гриффин после ее смерти продолжаю действовать в интересах ее мужа и в интересах сохранения собственности, которая по праву должна перейти Бруно Шнайбе. С той частью недвижимости, которая являлась собственностью Гриффинов, более или менее все ясно. Сальватор незадолго до смерти получил подходящую цену за свои производства в Дубайе, и эту сделку я уже почти привел к завершению. Правда, и здесь не совсем все в порядке. Но я хочу, прежде, чем все вам объясню, узнать о некоторых ваших приоритетах.                                                                                

-О моих? А как это влияет на наследство Бруно Шнайбе ?                                  

-Никак, но вы оказались одним из самых посвященных в эту историю людей. Как поступать  с точки зрения правовой- это наша прерогатива. Я имею ввиду себя и группу адвокатов, занимающихся наследством. А вот ваша моральная позиция для меня остается неизвестной. Джеймс, вы, кажется, уже задавали вопрос  об исходе этого дела. Я считаю, что , если Бруно получит все, что ему причитается от Сильвии Гриффин – это и будет торжеством справедливости. Эмоциональный подход к продолжительности его брака , так же, как и его ментальное состояние, пока нужно проигнорировать. Я не могу действовать в чьих-то еще интересах. Меня нанимала на работу Сильвия Гриффин, но, тем не менее, и налоговое ведомство получит то, что ему причитается по закону, и очень немало. И поэтому я буду преследовать интересы Бруно Шнайбе, и только. Вы одобряете такой подход, Джеймс ?     

- Конечно.                                                                                                                                

– Теперь, Джеймс, о самой щекотливой особенности этого вопроса. Опекунство, с точки зрения людей, которые имеют прямое отношение к нему,  абсолютно необходимо. Почему ? Комментарии здесь излишни.  То, что это не в интересах Бруно, понятно. Для Бруно важнее создание семьи, я имею ввиду вступление в брак и следующее за этим возможное рождение детей, которые могли бы на законных основаниях воспользоваться соответственной долей наследства, получить образование и вести обеспеченную жизнь, ведь они могут оказаться достойными членами нашего общества. Да и сам Бруно не так уж безнадежен, как это кажется. Я говорил с его австрийскими соседями из Зальцбурга. Они вообще ничего странного в его поведении не замечали. Да, он  всегда был логичен, прост, вежлив, правда, немного замкнут и наивен. Но все, что ему требуется , на мой взгляд, - это добрая умная заботливая женщина среднего культурного развития, естественно, без авантюрных отклонений. Вот об этом стоит позаботиться. Здесь, возможно, потребуется какая-то лояльная форма контроля, ведь при удачном исходе вся сумма наследства может дойти до 400 миллионов . А с деньгами Вайса - до 600 миллионов.  Это до  уплаты гонораров и налогов. Я не имею права обсуждать с вами подробности. Но, повторяю, никакого опекунства. Каково ваше мнение, Джеймс ?                                                                 

-Мне очень мало известно о существовании лояльных форм контроля. Понятие «контроль» это действие, снабженное какими-то рычагами насилия, направленного на объект , или слово « контроль» здесь не совсем подходит. И это будет называться просто наблюдением, но в остальном, мне это все нравится.                                                                                                                                                                                        

- Вот и отлично, Джеймс. Приятно видеть в вашем лице выразителя общественного мнения. А над созданием ненасильственной формы контроля хотя бы над частью наследства мы будем работать, ведь альтернатива этому- опекунство- весьма устаревшая форма социальных отношений, которая исторически обросла рассказами о нечестных поступках, обманах и породила колоссальное количество судебных процессов. И потом, не забудьте, что еще никто на территории Соединенных Штатов Америки не доказал какую-либо ненормальность Бруно. Пока это лишь возможно мнение австрийских врачей, но даже и об этом пока ничего достоверно не известно. А теперь, если интересно, я расскажу о проблемах, с которыми я столкнулся на днях. Давайте вернемся к Мухамеду Харрари.

Мне показалось, что Оппенгейм совершенно не нуждался в моем одобрении.                                                                                                                                              

–Джеймс, месяц назад мне позвонил Мухамед Харрари и предложил встретиться. Я предложил ему придти в офис. Он отказался, но я настоял, и он пришел. Дело в том, что у Сальватора Гриффина был довольно длинный хвост преступлений в Йемене и Саудовской Аравии. Он чувствовал себя там, как рыба в воде.                                                                                                                              

– Еще бы !                                                                                                                                                    

-Тогда было время , когда американцы вообще были недосягаемы для закона на Востоке. Но сейчас времена меняются. Скоро всем будет править шариат. Сальватор увлекся несовершеннолетней девочкой из христианской семьи  копта, очень уважаемого человека в общине, но двое старших сыновей его недавно приняли ислам и пользуются покровительством высших религиозных кругов. Позже, Сэл был обвинен в изнасиловании девочки. Это серьезное обвинение на Востоке. Сальватор бежал из Йемена, но иногда посещал его под разными фамилиями. Семья коптов пыталась преследовать его, но он был очень неплохим конспиратором. Он всегда узнавал о приезде старика в Дубай заранее. В конце концов старик копт  каким-то образом оказался во время пожара на предприятии Сэла  и погиб. А его сыновья продолжают преследование. И сейчас они оказались в Нью-Йорке. Они еще не знают о продаже предприятий в Дубайе и о смерти Сальватора, так как не понимают по-английски. Сейчас они живут в доме Мухамеда Харари. Он - бывший знакомый Сальватора и знал каждый его шаг. Теперь Харрари угрожает мне осложнениями при продаже предприятий Сальватора, если я не выплачу ему один миллион долларов. Он может очень повлиять на сыновей старика , то есть братьев его дочери, ведь она по какой-то причине находится в психиатрической больнице. Они хотят получить довольно большую компенсацию от Сэла. Стоит только создать прецедент оплаты различных исков при продаже предприятий, как эти иски посыплются, как из рога изобилия. Уплатить Харрари то, что он хочет, несложно, тем более, что я нашел в документах Сальватора расписку, выданную Мухамеду Харрари Сальватором ранее. Просто нужно вернуть эту расписку опять Харрари, он приведет ее в надлежащий вид, затем выдать ему деньги получить расписку назад  и считать эту расписку абсолютно законной. И ни один ревизор меня не упрекнет. Это то, что требует Харрари. Но, когда имеешь дело с такими проходимцами, надо быть очень осторожным. Я тут же позвонил в полицию, и вчера Харрари был предупрежден. Я не пойду ни на какую противозаконную сделку,-  с возмущением сказал Оппенгейм. 

Оппенгейм говорил иногда о наследстве Бруно как о своей собственности, а, может, он был предан интересам Бруно Шнайбе, и мне все показалось?

В воскресенье утром Бруно устроил истерику, он нарисовал клоуна для Гортензии Кугельмахер, и хотел сделать ей подарок. Я не пускал его в «МасДональдс» одного- он мог заблудиться и вообще все могло случиться с таким человеком в нашем большом «яблоке». Чрезмерная доверчивость- это не для Нью-Йорка. Габи тоже не хотела провожать Бруно на это свидание, но клоун был так хорош! Бруно схватил картину и выбежал на улицу. Габи не поспевала за ним. В это время на улицу вышла наша соседка миссис Холлендер прогулять свою собачонку. Соседка была в таком возрасте, когда перед тем, как вывести собачку на улицу, надевают бриллиантовые серьги и колье, потому что, если не сейчас,- то когда? Бруно подбежал к ней и, смешивая немецкие и английские слова, стал просить ее проводить его до «МакДональдса». Соседке было абсолютно нечего делать, и она страшно обрадовалась такой просьбе. Она даже не спросила, где находится «МакДональдс». Миссис Холлендер явно была не из его посетителей, и они двинулись по Парк Авеню на юг. Габи пыталась его догнать и заговорить  с ним, но он был обижен на нее и все время отворачивался. Так и дошли они до одного из «МасДональдс». А в это время швейцар названивал по телефону мне в квартиру: оказывается какая-то леди спрашивает кого-нибудь из квартиры 3-Р. Я тут же спустился вниз, и увидел пышную блондинку с синяком под глазом.                                                                                                                                                                     -Я из 3-Р, вы к нам?                                                                                                                         

- Я не хочу заходить к вам в квартиру. Меня зовут Гортензия Кугельмахер. Я хочу вас предупредить, что полиции известно обо всем, что вы сделали. И они будут преследовать вас. Я пришла посмотреть, что вы из себя представляете. Он все равно будет задержан полицией, у него не будет выхода, и он все расскажет. Вам конец.                                                                                     

- Я ничего не понимаю. Вы хоть бы спросили у меня, кто я такой.                                              

- Кто ?                                                                                                                                                     

- Я просто работаю распорядителем в квартире, которая принадлежала Сильвии Гриффин. А что случилось с вами ? Я вижу у вас под глазом большой синяк.                                                                                                                                              

– Я не знала, что ваш Бруно Шнайбе настолько инфантилен. Для меня он был просто художник. Можно было все объяснить, но вы предпочли бандитскую методику, и теперь за это поплатитесь.                                                                                     

- Послушайте, леди, я нахожусь на работе, получаю за нее зарплату, и в мои обязанности не входит выслушивать ваши истории.                                         

Блондинка немного успокоилась, и из ее объяснений я понял, что она собиралась на работу, когда в дверь позвонил смуглый парень и сказал, что у него пакет от Бруно.                                                                                                                         

- Я впустила его, он ударил меня слева, схватил за волосы и шепотом сказал, что Бруно надо забыть, если  не хочу очутиться в мусорном контейнере. О Бруно позаботятся его родственники. И он еще раз ударил меня по лицу. И ушел, но камера его сфотографировала. Наверное, он думал, что в квартире кто-то есть , кроме  меня. Он правильно думал, у меня часто ночует младший брат, у него есть «черный пояс». А вы - родственник Бруно?                                          

- Нет, но очень сожалею о происшедшем. А сейчас мне надо идти. До свидания.                                                                                                                                          

- А я с вами не прощаюсь.                                                                                                                         

- Как вам угодно.                                                                                                                                                   

Я рассказал об этом Оппенгейму. Он пожал плечами : « Еще одна из невест, чего только не придумают».                                                                                           

Но я все-таки спросил у Габи: «Куда делся с моего стола конверт с письмом от Гортензии Кугельмахер к Бруно». Она сказала, что мистер Оппенгейм попросил его у нее.                                                                                                                         

-Значит ты рассказала ему обо всем, что произошло в «МасДональдсе».      Она опустила глаза, как она это делала в тех случаях, когда врала, прочитала молитву и сказала «да». Возможно, Гортензия Кугельмахер и очередная невеста, но ее синяк мне не приснился. В понедельник у нас вдруг появился Кармона. Он это сделал в своей постоянной манере, без звонка.                          

- Джеймс, без вас ну никак не обойтись. Вы, конечно,  знаете Мухамеда Харрари?

Share this post


Link to post
Share on other sites

В школе я учил немецкий. Кугельмахер в переводе значит "отливающая пули". Это случайно?  

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

 

Я хотел сказать «нет» и на этом закончить общение, но сдержался из-за любопытства и спросил: «У вас с Харрари – дружеские отношения ?».               

-Уже нет.  

-Еще наладятся.                                                                                                                                            

-Это невозможно , его вчера нашли мертвым. В 10 милях от его дома.                            

–Вот это новость! Несчастный случай или убийство?                                                                                           

- Второе.                                                                                                                                                            -А главный подозреваемый опять я?                                                                                   

-Не будьте злопамятны, Джеймс. У него остались две дочери и куча внуков. Все они ждут ответа. Скажите лучше, что вы знаете о нем.                            

- Я знаю, что ему было соврать легче, чем вынести мусор из дому.                                         

- А он вас обманул когда-нибудь ?                                                                                        

-Для начала он представился мне, как Патрик Гилмор, агент ФБР. А потом я узнал из штрафной квитанции на его машине, что он -  Мухамед  Харрари, и знакомство с ним  закончилось.                                                                                               

- Вы очень ценный свидетель, Джеймс, но мне известно, что ваше знакомство не закончилось на этом.                                                                                     

-Ошибаетесь, капитан. Я с тех пор его не видел.                                                                                                                                                   

-Но вы о нем слышали.                                                                                                        

-Возможно, но он меня никак не интересовал.                                                                         

-Вообще-то его немного жалко, когда таких людей не будет, полиция потеряет работу.                                                                                                                                    

-Скажите, Джеймс , а вы не советовали мистеру Оппенгейму позвонить в полицию и сообщить о шантаже ?                                                                                                 

- Не совсем так.                                                                                                                                          

-Но это было ?                                                                                                                                       

- Видите ли, я сейчас помогаю содержать имущество Сильвии Гриффин и общаюсь с мистером Оппенгеймом, так что ничего в этом удивительного не ищите.                                                                                                                                       

- Нет, нет, что вы! А вы ножи уже больше не делаете и не вернетесь к этому ?             

- Не знаю, пока не думал об этом.                                                                                                

-Ну, ладно, спасибо. Надо идти.                                                                                           

-Да неплохо бы сейчас делать ножи опять, общаться ни с кем не нужно, намного спокойнее,-  вздохнул  я.                                                                               

-Знаете, Джеймс, известие о смерти Харрари заставляет меня подумать кое о чем. Значит, он кому-то  ещё  мешал, Оппенгейм умница, он предупредил полицию вовремя и сейчас не под подозрением  да и  мотивов у него нет. Хорошо бы об этом узнать побольше, Джеймс.

-Согласен. Мне и самому было бы интересно, но подождите до начала декабря. Я собираюсь в отпуск на круиз с друзьями. Когда я вернусь  и, если у меня будет свободное время, поинтересуюсь этим, а сейчас - мне некогда выспаться.

Существует мнение, что нельзя всю жизнь бежать впереди паровоза. Надо иногда медитировать, забывать , о том, что произошло последнее время и какие еще у вас впереди будут проблемы, потому что вопреки мнению оптимистов, впереди ничего хорошего не будет, и нас всех ждет примерно одно и то же. Жизнь – ужасная штука, и живым из нее еще никто не выбрался, как сказал, один философ-пессимист. А посему, когда я узнал от одного из моих коллекционеров, что у он располагает восемью ваучерами для круиза на Каймановы и другие рядом стоящие острова,и еще есть несколько мест, мы долго не раздумывали. Но медитировать до конца я так и не научился, поэтому я решил соединить приятное с полезным. На Каймановых островах есть черепаховые фермы, а черепаховые панцири – самый лучший материал для рукояток ножей. В этот момент я совершенно упустил из виду, что он запрещен к вывозу. Если бы для этого нужно было бы убить черепаху, я бы никогда не забыл бы об этом. Мне всегда было жалко этих тварей, природа итак не наделила их хорошей защитой. Вот поэтому они и находятся на грани  вымирания. Панцирь даже не защищает их от птиц. Черепах поменьше, птицы просто поднимают в воздух и бросают на камни. Если панцирь черепахи, упавшей с  большой высоты, не разобьется, то в любом случае, черепаха не успеет убрать под панцирь свои ноги и голову, поскольку она реагирует медленно. И птицы клювом вытащат из-под панциря все, что можно, пока она в шоке от удара. Небольших черепашек с удовольствием едят крокодилы. Черепашьи яйца вообще лакомство для всех, кто их найдет. А маленьких, едва вылупившихся черепашат беспощадно поедают морские птицы. Сухопутные черепахи в бесчисленном множестве становятся жертвой автомобилистов. И лишь огромные океанские черепахи доживают до своей старости. Но не все они умирают своей смертью. Потому что очень большие черепахи попадают на черепашьи фермы, к своему несчастью они являются деликатесом. Во времена плавания Колумба, их считали живыми консервами. Мореплавателей можно было понять. Альтернативы на обратном пути из Америки у них не было.

Когда мы оказались на одной из черепашьих ферм на Каймановых островах, в нос ударила страшная вонь. В бассейнах, не до краев наполненных водой, кишмя кишели огромные океанские черепахи. Их панцири были размером с приличный зонт, только коричневого цвета. У всех у них в кровь была разодрана тыльная сторона шеи. Это происходило от голода. Туристы кормили их чем попало, стоя вокруг бассейна, администрация не возражали. Это , видимо, приносило кое-какую экономию. Черепахи постоянно задирали свои головы кверху, что крайне неествественно для их анатомии, ведь еду свою они не добывают в воздухе. Из-за неествественной кормежки, тыльная сторона шеи постоянно терлась о панцирь, из-за чего все время кровоточила.  Струйки крови стекали прямо в бассейн. Естественно, бассейн также служил им отхожим местом. Все происходило в тропиках, вода в бассейне была почти горячей и очень грязной. Наивно было думать, что в нем часто меняли воду. Наверное, для  черепах это было чистилище, ведь они тоже любят чистую воду. Но впереди их ждал ад. Это был конвейер по разделке черепашьего мяса, а затем расфасовка в консервные банки и другую тару. Мои размышления прервал мальчик, работавший на ферме.

-Не хотите ли купить панцирь черепахи?

-Как? !

-Нет, нет. Она вообще не отсюда, мы их иногда ловим, как рыбу, и едим. И потом она- не такая большая. Всего 20 долларов. Она у меня дома, я принесу ее вам прямо к автобусу. Я заверну ее в газету, и положу сверху соломенную шляпу и вы легко пронесете ее на корабль. Шляпа стоит еще 5 долларов.

-Не знаю, я подумаю,- сказал я.

После этого мы обедали в ресторане, смотрели остров, и я забыл про мальчишку. Вспомнил я о нем только при посадке в автобус, когда мы вернулись к ферме.

-Вы должны мне 25 долларов!- услышал я шепот. Это был продавец черепахового панциря.                                                                                                       

- О, черт, у меня уже нет с собой таких денег. Я накупил сувениров...                  

-Ну тогда, хотя бы 20. Я не могу дешевле. Я живу далеко от фермы и потратил массу денег на автобус. И у меня дома две младшие сестры, мне надо заботиться о них.                                                                                                                

И он протянул мне соломенную шляпу, завернутую в газеты, так, что виден был только верх.

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

Меня выручила Эрика, ей было жалко мальчика, и я отдал ему недостающие деньги. Так я стал обладателем небольшого панциря. Полностью я осознал, что сделал глупость, только в автобусе.

 

 

При посадке на корабль, где бы вы ни выходили на берег, вас будут проверять корабельная таможня и служба безопасности. У меня не было никакой возможности избавиться от этой покупки, когда я двигался в цепочке людей по трапу. Я подумал: « При крайнем повороте событий, я расскажу таможенникам все, что произошло, и отдам им мое приобретение». Но произошло нечто другое. Металла со мной не было, и звонок не зазвенел. Мне никто не задал ни одного вопроса, и мы прошли к себе в каюту.   Вечером, когда мы все собрались идти в казино поиграть в рулетку, я вдруг услышал объявление по корабельному радио. Радио извещало, что все, кто приобрел черепаховые панцири, будут подвергнуты таможенному досмотру в порту прибытия в США. Это было уже после того, как я себя почувствовал обладателем великолепного сувенира. Панцирь был цвета янтаря с темно-коричневыми пятнами. На мелководье эти пятна должны были создавать иллюзию тени- еще одна слабая защита от хищников. Толщина панциря была чуть меньше одной восьмой дюйма. Я присел на край кровати и задумался: а что же мне с ним делать. Панцирь лежал рядом. Выручил меня молодой парень из Вест-Индии, стюарт,который убирал  нашу каюту.                                                                                                             

 -Какие у вас проблемы?                                                                                                                     

Я еще не успел ничего ответить ему, как он сказал:                                                                 

- Сейчас все сделаем. Не вы первый.

Через десять минут он был у нас в каюте с большими ножницами и утюгом. В один момент он вырезал все относительно плоские части из панциря, оставив только толстые наросты и «шпангоуты». Видно, он делал это не первый раз. Утюг к этому времени стал теплым, и каждый из вырезанных кусков, он почти мгновенно выровнял при помощи утюга. А панцирь, как дырявая хлебница, остался валяться на кровати.                                                        

-Что мне делать с этим дальше?- спросил я и показал на аккуратные куски панциря.                                                                                                                                                   

- Вы верующий?                                                                                                                                  

- Да.                                                                                                                                                      

-Значит, у вас есть с собой Библия или Коран, или другая религиозная литература?                                                                                                                                             

-Нет, у меня этого с собой этого нет.                                                                                                

-Ну не беда. Положите в любую книгу между страницами. Просто Библию таможенники обычно не проверяют.

Пришлось дать ему пятнатцать долларов за работу. Он увидел на полке несколько журналов «Блейд», и аккуратно переложил страницами пластины, как-то по-особому загнув края, чтобы пластины не выпали.                                                      

-Где вы обычно возите журналы?                                                                                                   

-Я показал на кожаную папку.

Он положил их туда, сказал: « Вот здесь пусть и лежат», поблагодарил за деньги и ушел. В этот момент нам позвонили : нас заждались в казино, и нам пришлось быстро собраться и уйти.

Вечером, когда мы пришли из казино, я увидел на кровати что-то напоминающее дырявую хлебницу. Это были остатки панциря. Я открыл дверь на балкон и со всего размаху кинул эту «хлебницу» далеко в океан. В этот раз мы жили на 12 этаже. Остатки черепахи вернулись в свою стихию.

С вечера все выставили свой багаж в коридор, и носильщики убрали его, приготовив к выгрузке на берег. Мы прибывали в Майями на следующий день. Я совершенно забыл, что кожаная папка с журналами осталась в чемодане. Так я стал контрабандистом. Даже, если бы я вспомнил, достать черепаховый панцирь назад из папки не представлялось возможным – чемодан был в багажном отделении.

Это еще был не конец моих приключений в этом плавании. Оказывается, дырявая черепаховая «хлебница»,  описав дугу, подобно бумерангу, упала на палубу номер шесть. Там всегда гуляет полно народу.

Багажное отделение было почти напротив нашей каюты, надо было пройти всего 10-12 шагов вверх по коридору. Двери на кораплях в таких помещениях, как правило, не запираются, потому что туда продолжают сносить багаж, и там всегда кто-нибудь есть. Но в этот момент никого не было. Свой чемодан я узнал сразу по привязанному к ручке сувениру – пестрому пластиковому ножику . За три секунды я открыл молнию бокового кармана чемодана, вытащил папку и вышел в коридор.

Официант, который нас уже не первый раз обслуживал во время завтрака, также из Вест-Индии, как и наш стюарт, рассказал мне, что у пассажира, который вчера вечером оставил на 6 палубе изрезанный черепаховый панцирь, могут быть неприятности. Он уже плавает пять лет и он сказал, что почти каждый раз таможенники кого-то задерживают. Вот только, как они так точно узнают, кого нужно проверять, на корабле три с половиной тысячи пассажиров?

Перед тем, как сойти на берег в Майами, я выбросил мой пустой журнал в мусорный контейнер, а кусочки панциря – в океан.

Да, нелегкий хлеб у контрабандистов.  У меня были какие-то плохие предчувствия по поводу таможни, но видно я ошибся. Мы преспокойно сошли на берег, чемоданы подхватили носильщики, мы собирались ехать в аэропорт. Таможню мы миновали, и когда Эрика начала сожалеть, что мы так бесславно избавились от этой реликвии, к нам подошел полицейский.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Черт возьми - на самом интересном месте!

Share this post


Link to post
Share on other sites

"я выбросил мой пустой журнал в мусорный контейнер, а кусочки панциря – в океан"

Ну вот, а я хотел просить показать нож с накладками из черепахового панциря... :(

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

 

Таможню мы миновали, и когда Эрика начала сожалеть, что мы так бесславно избавились от этой реликвии, к нам подошел полицейский. Чуть поодаль стояло несколько человек в форме таможенников. Он спросил, наши ли это чемоданы, попросил документы, сверил их с бирками и сказал, чтобы носильщик вез их в комнату досмотра. Там было полно народу. Раскрытые чемоданы стояли в ряд на длинных узких столах, по одну сторону которых, согнувшись над ними, стояли таможенники в синих латексных перчатках, а с другой- их владельцы сидели на стульях вдоль стен. Полицейский остался стоять за дверями, а офицер таможни попросил нас поднять чемоданы на стол и открыть их. Мне показалось, что таможенники смотрели только на нас, как будто мы были самые значительные фигуры в этом помещении.

Я сказал Эрике по-русски:                                                                           

- Мне кажется , или они, действительно, только на нас и смотрят?                                      

-Тебе не кажется,- шепотом ответила она.                                                                         

Такого тщательного досмотра, наверное, никогда не видели и сами таможенники. Новых пассажиров приводили, досматривали и уводили, а мы все стояли  и делали недоуменные гримасы.

Здесь я должен сделать маленькое отступление. У чиновников, ментов и полицейских во всех странах при обысках и досмотрах бывает дежурное выражение лица, и мне оно напоминает унитаз, в который вот-вот должно поступить содержимое. Возможно, некоторым из них и было неловко за выбранную ими профессию, хотя я встречал ментов, которые гордились своей профессией. Но во время обыска у них  равно были те же лица. 

-Не могли бы вы нам сказать, что вы ищете?- спросил я.

Таможенник ничего не ответил.                                                                                      

-Может быть, я помогу вам?- спросил я.                                                                                      

-Пожалуйста, сядьте.                                                                                                                       

-Может, вас неправильно информировали?- не унимался я.                                                  

-Это мои обязанности,- строго ответил он.                                                                           

-Но вы нас досматриваете в четыре раза дольше, чем других. Вам должны уплатить сверхурочные.                                                                                                      

-Вы мешаете мне выполнять мои служебные обязанности. Мне было нечего терять, потому что досмотр мог происходить только в моем присутствии. В конце концов вещи были хаотически брошены в чемодан, таможенники пошептались, и, не извинившись, сказали: «Вы свободны».

На прощанье я сказал таможеннику: « Что теперь будет с человеком, который вас неправильно информировал?». Его лицо опять стало похоже на унитаз, и он отвернулся. По пути домой я думал: а что все-таки произошло? Черепахи, действительно, вымирают, их жалко. Паренька, который продал мне черепаховый панцирь тоже жалко, он - бедняк.  Я - что-то вроде неудавшегося контрабандиста, но еще не успел совершить преступление. Таможенники тоже как бы исполняют свои обязанности, нравятся они мне или нет. Но что-то все-таки было не так. И лишь позже я понял, в чем дело. Дело в том, что я был спровоцирован стюартом, видно где-то на чем-то он попался и теперь вынужден делать подлости по заказу таможенников. Эти провокации помогут им демонстрировать свою необходимость. Они будут продвигаться по службе, казаться необходимыми, получать зарплату и так далее.

И так дело обстоит с любыми чиновниками в любой стране, с ментами или полицейскими- все равно. Но ведь у простых людей провокация вызывает очень негативную реакцию. Это вопрос психики человека. Реакцией на провокацию могут быть злость, обида, раздражение, редко- простое недовольство. Таможенники и полицейские некоторых стран это знают, но им плевать на сограждан- налогоплательщиков. Они любят и будут любить провокации.

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мистер Оппенгейм вернулся из Зальцбурга перед Рождеством. Австрийские адвокаты Оскар Лорингер и Зигфрид Фортенски со своей стороны, а известная нью-йоркская юридическая фирма со своей, проделали  большую  работу, связанную с завещанием доктора Вайса. Она длилась уже больше пяти с половиной месяцев и, наконец, завершилась.  Адвокаты общались на английском языке, поскольку документы были в основном написаны на нем. Последние два дня их работы они пробыли в госпитале вместе с Алоизом Шнайбе. В этот момент к ним присоединился Оппенгейм. Мне было известно, что главная цель его приезда в Австрию, было посещение домика в Инсбруке, но он решил совместить приятное с полезным и вовремя оказался перед постелью больного Алоиза в госпитале. Переводчиком был Зигфрид Фортенски. Когда работа подошла к концу, мистер Оппенгейм деликатно предложил своим  австрийским коллегам  заодно составить завещание на имя Бруно Шнайбе, живущего в настоящее время в Америке. Он сказал, что в Америке в такой ситуации это обычно делается  бесплатно. Мистер Оппенгейм предложил Зигфриду Фортенски перевести Алоизу это предложение, что тот сделал нехотя.  Алоиз от благодарности разрыдался и сказал, что даже если человек не говорит по-немецки, благородный поступок выдаст в нем немца. Фортенски был не очень доволен и намекнул, что Бруно Шнайбе мог бы взять расходы престарелого отца на себя в любом случае, но предложение мистера Оппенгейма сулило ему новую работу. Неожиданно для всех мистер Оппенгейм заявил на приличном немецком: « Бруно Шнайбе платить не будет- он мой клиент. Разные страны - разные традиции».  Фортенски не предполагал такое знание немецкого языка у Оппегеймера  и прикусил язык. Американский адвокат покойного доктора Вайса невольно восхитился легкостью, с которой Оппенгейм это все проделал. Мистер Оппенгейм был рожден адвокатом.                                                                                                                   

Фамилией Оппенгейм  евреи исторически  пользовались со времен переписи населения Фридрихом Саксонским. Но мистер Оппенгейм был евреем только для одной части клиентов, для другой части- он был сыном

Хильды Хартман, лютеранки из Чикаго и с удовольствием носил по праздникам  шляпу с перышком и коротенькие штаны.  Он хорошо играл на губной гармошке. Жена его национальности не имела вообще, и была универсальным продуктом города Нью-Йорк. Она готова была праздновать все праздники от Халуина до Хануки и Рамадана. Лишь бы это было на виду у всех.

Несколько лет назад мистер Оппенгейм приобрел в Инсбруке маленький домик. Там он мог чувствовать себя стопроцентным  немцем. А в Нью-Йорке принадлежность его к евреям ограничивалась тем, что он не отрицал Холокоста и любил фаршированную рыбу.  В последний день командировки мистера Оппенгейма завещание, с удовольствием  составленное Оскаром Лорингером и Зигфридом Фортенски, было подписано Алоизом Шнайбе в присутствии двух сестер, двух докторов пульмонологического отделения  в госпитале в городе Зальцбурге и трех адвокатов. Одна из докторов вспомнила, что училась с Бруно Шнайбе в первом классе. Она сказала, что хорошо помнит его, он ей даже нравился, и просила передать Бруно поздравительную открытку на Рождество. Мистер Оппенгейм согласился, но потерял ее по дороге в Вене.

 

 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Черт возьми - на самом интересном месте!

Не хотели долго держать Вас в неизвестности. Ну, как Вы этого ждали? :)  :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

"я выбросил мой пустой журнал в мусорный контейнер, а кусочки панциря – в океан"

Ну вот, а я хотел просить показать нож с накладками из черепахового панциря... :(

Проблемы с черепаховым панцирем есть почти везде, в Америке и в Европе. Но в Одессе есть все, кроме Красной Книги ( ИМХО) ))) :D

 

В Америке - хуже, тут даже на ножевое шоу  приходят работники  FBI, слоновую кость они еще могут простить, вы им расскАжите, что распилили старые шахматы или дедушкину трость. 

А вот с черепахой сложнее.

Пару лет назад на большое ножевое эксклюзивное шоу ("только по приглашениям") в Бостоне приехали ножевики из Италии и других стран.

 

Хоть у нас и не было черепахи, Джек по какой-то причине отказался, и мы не поехали на шоу.  А там был "шмон"  :) . Были какие-то " терки" :)   с итальянскими мастерами, людей обидели ни за что. Чем кончилось уже не помню, поскольку мы там не были. 

 

Кстати, в музеях очень многие рамы для известных картин западно-европейских средневековых мастеров отделаны именно черепахой.

 

 

Логика странная, потому что на Карибских островах черепах едят, а что делать с панцирем? Пусть лучше сгниет, чем послужит украшением?

Share this post


Link to post
Share on other sites

На Кайманских островах, мальчишка , похожий на этого парня из книги, рассказал мне, что им официально разрешено съесть одну черепаху в год, на какой-то там национальный праздник, поскольку много лет это было их "этнической" едой. А это, как мы прикинули, может быть до 200 паундов ( где-то до 90 кг) мяса. 

 

Американским индейцам тоже разрешено застрелить одного вымерающего Баффало (Buffalo)  бизона на большую семью. А попробуйте это сделать вы B)

Один раз мы как-то попали в резервацию в районе Больших Озер на индейский праздник . Индейцы сидели на траве, образовали очень большой круг, почти, как стадион. Вышел мужик в клетчатой рубашке с длинным рукавом, похожий на дворника и сникерсах ( наверное, по-русски -кроссовки) и застрелил несчастного беспомощного бычка почти в упор из Мерлина. Индейцы очень радовались .

Share this post


Link to post
Share on other sites

Не хотели долго держать Вас в неизвестности. Ну, как Вы этого ждали? :)  :)

Я просто в течение 15ти лет пересекал границу на траке-
2раза в неделю в Штаты и 2раза обратно в Канаду. Закон никогда
не нарушал - водка и сигареты не в счет. Хорошо знаю, как работает
таможня. Поэтому сразу понял, что что-то будет. Вот и было интересно.
В той ситуации они бы быстро вас отпустили, если бы вы сидели с
безразличными лицами и молчали, а так как вы "дергались", они продолжали
искать. Меня шмонали очень часто, но это отдельные истории. :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

 



... в Одессе есть все, кроме...

А таки-да! Но без кроме... :)
25369450i.jpg
25369451i.jpg
Вот и хотел посмотреть пример применения...

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

 

Вот и хотел посмотреть пример применения...

Красивый черепашонок, а какого  размера?

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

, но это отдельные истории. :)

 

Знакомо.Потом вернемся к этой отдельной истории, было много забавного тоже.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

Мы с Бруно встречали его в аэропорту Кеннеди.  Бруно слушал мистера Оппенгейма, боясь пропустить слово. Адвокат сказал Бруно: «Бруно, я  был в Зальцбурге и исполнил все, что необходимо : отец в госпитале, его состояние стабильно, собственность доктора Вайса перешла во владение  Алоиза Шнайбе сегодня в 12.00 ночи .

 Завещание Алоиза Шнайбе  тоже подготовлено.».                                                                                     

Бруно должен понимать, в каком возрасте его отец, и в каком состоянии его здоровье. Тон, которым говорил Оппенгейм был участливый и отцовский. Глаза Бруно увлажнились. Он был сентиментален.   А потом мистер Оппенгейм спросил у Бруно, как обстоят дела с изобразительным искусством. Бруно ответил : Плохо. Одна картина осталась, и неизвестно, кто ее купит». «А вот и моя жена, она меня отвезет, мы созвонимся,»- сказал Оппенгейм. Нью-йоркский адвокат покойного Вайса до этого момента стоял в стороне, а когда Оппенгейм ушел, подошел ко мне и сказал:            

 -Таких ловкачей я еще не видел, ведь пока  он еще не имеет никаких юридических полномочий. В этом деле пока он только частное лицо.

В моей жизни наступило некоторое однообразие.  В огромной квартире покойной Сильвии Гриффин все вращалось вокруг ожидаемого наследства, неожиданно свалившегося на австрийского вдовца. Никто, и тем более Бруно, толком не знал, что будет дальше. Конечно, кроме мистера Оппенгейма- тот знал все. По-прежнему изредка в жизни Бруно появлялись  вдовы, искательницы больших состояний - они были несколько моложе, просто авантюристки - им было около пятидесяти. Габи приобрела новые манеры, ведь « с кем поведешься, от того и наберешься». Бруно все больше требовал самостоятельности. Он справедливо полагал, что может сам передвигаться по городу.  Оппенгейм не раз говорил ему, что в будущем ему предстоит довольно самостоятельная жизнь. Я начал основательно тяготиться безделием, и подумывал всерьез взяться опять за свое старое увлечение.                                                                                                                                                     

В ноябре я пробыл неделю на выставке ножей в Милане, встретился там с моими коллегами из разных стран и познакомился с одним художником гравером, его звали Лорензо Кампанелла, ему было около 55 лет, и он был владельцем небольшой компании, занимающейся гравировкой по металлу. Чаще всего это были дорогие охотничьи ружья. В то время я начал подумывать о новой партии из шести-семи коллекционных ножей. С одной стороны ножей  это будут складные стилеты, напоминающие об итальянском средневековье, сделанные в манере барокко, украшенные гравюрами с золотым орнаментом и с моими традиционными механизмами.  А  другая сторона ножей должна напоминать о совсем иной жизни. Эта сторона будет выглядеть , как простая лагерная «заточка» из недр российского криминального прошлого, хорошо известная людям, прошедшим эту школу в России. Это не должен был быть гротеск, это должно было быть напоминание о концепции ножа вообще. Такой симбиоз итальянского изящества с простым инструментом для тюремной рутины и ежедневного выживания в условиях ГУЛАГа* занимал меня своим  сюрреализмом. Но подобрать сюжет гравировки для такого ножа было непросто. Вообще-то я любил украшать свои работы гравюрами из творчества Питера Брейгеля, на мой взгляд, они очень гармонировали с характером моих ножей. Коллекционные ножи - довольно узкий ручей в обширном потоке искусства и требует особых правил, не всегда понятных коллекционеру. Но в данном случае Брейгель мне не подходил. Я решил остановить свой выбор на средневековом художнике из Милана- Джузеппе Арсимбольдо,  жившем в 16 столетии. Этот достаточно известный представитель искусства своего времени привлек меня своим парадоксальным  взглядом на жизнь. Похоже, он не совсем понимал своей гениальности, но  первое признание он получил еще до смерти, что с великими художниками бывает крайне редко.

Непонимание современниками иногда говорит о гениальности и является признанием величия художника, но, к сожалению, чаще бывает наоборот. Так или иначе сегодня работы Арсимбольдо известны во всем мире. Лучшие из них находятся в Швеции, в музеях в Бальсте, в Стокгольме, а также в Париже.   Но я видел некоторые работы и в Италии в частных коллекциях и даже в домах богатых итальянцев. Наиболее известные работы Арсимбольдо - это портреты современников или символические облики чего-либо, составленные из фруктов, рыб, животных, птиц, книг, кулинарных изделий, цветов и многого другого. Я думаю, что современники не обходили его насмешками, но удивительно то, что он нравился уже тогда некоторым европейским монархам. Наверное, они все же были дальновиднее.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вы имеете в голове какой-то проект?

Нет, ничего конкретного пока нет. У меня вообще как-то получается, что когда металл ножа готов, он, нож, сам говорит, что ему надо в оформлении.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Нет, ничего конкретного пока нет. У меня вообще как-то получается, что когда металл ножа готов, он, нож, сам говорит, что ему надо в оформлении.

Джек говорит, он так тоже начинал, даже и сейчас иногда смотрит на нож и говорит, сюда подойдёт« верблюд» или« жираф»,он белее,а про черепах говорить пока не приходится.

Share this post


Link to post
Share on other sites

А у меня даже геометрия "железа" меняется в процессе... Но я-то дилетант, мне можно. :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

А у меня даже геометрия "железа" меняется в процессе... Но я-то дилетант, мне можно. :)

Но у вас же в избытке черепашки, зачем пилить железо и менять геометрию? Кстати вопрос: а морду на кнопке на Вашем ноже Вы резали?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

 

..Но я вернусь к граверу Лорензо Кампанелла. Он был родом из Милана или из Брешии, что в общем-то тоже самое. Когда я увидел его, я невольно вспомнил Арсимбольдо.  Я представлял его себе именно таким. Наверное, здесь сработало мое непритязательное воображение, а, возможно, он и был его потомком, ведь не зря говорят, что гены не исчезают. Вопрос был решен, позже я сделал с Лорензо несколько работ  с гравюрами из картин Арсимбольдо. Они сейчас почти все в частных коллекциях. А тогда в квартире на Парк Авеню я смотрел телевизор и вдруг узнал, что на аукционе Сотби в Нью Йорке выставлено несколько картин Джузеппе Арсимбольдо. Я встал,

оделся и собрался ехать на Первую авеню, в здание аукциона Сотби. Я был движим интересом - наконец-то можно было заняться чем-то иным, но в прихожей меня ждал Бруно. Он хотел ехать со мной.

 

Мы приехали на аукцион в выставочный зал и погрузились в другой мир. Это было как будто бы идешь очень длинными неосвещенными коридорами, потом вдруг открываешь какую-то дверь, просовываешь туда голову, и все , что было с тобой раньше остается в темноте коридора. Посетители аукциона это люди, как правило, не очень молодые. Молодым здесь нечего делать по причине вечной нехватки денег и вечного отсутствия времени и присутствия других пристрастий. Но настоящие невидимые страсти кипят именно здесь, в выставочных залах. На лицах посетителей не видно волнения, только всепоглощающее напряжение и мучительное внимание. Рост посетителей аукциона в среднем выше, чем рост людей на улице. Даже женщины, их подруги- все очень высокие. Я –частый посетитель аукциона Сотби. Меня даже заприметили там охранники, ведь им надо знать всех, кто не покупатель. Такова специфика охраны, но Бруно рядом со мной прекрасно вписался в этот конгломерат. Высокий, тощий с напряженным взглядом он был одет, как многие приехавшие туда европейцы. Даже шарф на шее у него был повязан на европейский манер - как петля- удавка. Самые почетные эксперты и покупатели были старички в очках, очень дорогих пиджаках, с сигарами в нагрудных карманах, увеличительными складными стеклами в руках и крохотными галогеновыми фонариками. Некоторые были в настолько почтенном возрасте, и настолько увлечены происходящим вокруг, что не замечали висящие на красных носах капельки их содержимого. Все они прекрасно знали друг друга по аукционам в Лондоне, Париже, Токио и Риме, но они не разговаривали друг с другом ни о чем. Кругом стояла многозначительная тишина.

Со всех сторон на присутствующих смотрели императоры, герцоги,  духовные лица,  дамы в шелковых нарядах, богатые торговцы, полководцы и простоволосые голландские пьяницы с длинными курительными трубочками в зубах, а с ними рядом - блудницы, с пьяным  голодным блеском в глупых глазах, кое-где стояли столы, заваленные битой птицей, овощами и фруктами, стояли кувшины и чаши с вином, бронзовые кубки лежали на боку, а толстые библии в сафьяновых переплетах с закладками лежали на фоне тяжелых занавесей и шпалер.

Но Бруно привлекло не это. Он увидел букет цветов с дождевыми  каплями на лепестках. В каплях отражались окна с перекрестиями рам. Капли были прозрачными, объемным  и круглыми, как будто дождь только сейчас закончился, сломанные стебли цветов, хотелось поправить- все выглядело таким свежим, что источало острый запах, какой бывает после короткого сильного дождя летом. Бруно бросился к картине и замер, на стебле георгина сидела гусеница, а ниже на траве была маленькая улитка. От его зрения также не ускользнул крохотный муравей в углу картины. Это была картина, называемая художниками «обманкой». Мастера, обладавшие высокой техникой рисования, хорошим зрением, добрым нравом, но не очень богатой фантазией начали рисовать такие картины еще в 18 столетии, а, возможно, и раньше.  Некоторые из таких картин - это подлинные шедевры, и стартовые цены на них иногда бывают больше миллиона.     

Бруно сказал мне: «Здесь в  углу муравей, он из семейства «сахарных», они очень мелкие и живут под столами в кухнях,где люди рассыпают сахар. Без сахара или фруктов они долго не протянут. Алоиз рассказывал, что, когда была война и люди не ели сахара и фруктов , а ели только сахарин, все муравьи умерли. А что будет есть этот муравей в саду ? Ведь фрукты еще не поспели.»

«Не знаю,- сказал я,- наверное, художник этого тоже не знал.»  Бруно был счастлив. Я нашел, наконец,  написанный Арсимбольдо портрет мужчины, состоящий из 56 овощей, 11 фруктов и 25 цветков. Возможно, это и был один из знаменитых портретов Рудольфа Второго. Бруно подошел сзади и сразу сказал: «Здесь нет ни одного насекомого». У него было удивительно острое зрение. Остальные картины на аукционе его не заинтересовали, если не считать одной картины художника Оверкампа. Там жители какой-то, по-моему, нидерландской  деревушки катались на санях и на коньках по льду замерзшего озера. Бруно спросил у меня : «А где и когда это было ?». Я сказал, что где-то в Европе и давно. Он захохотал. Причина его смеха мне неизвестна по сей день. Еще на картине была изображена лодка, наполовину вмерзшая в лед и стоящая вертикально, было понятно, что люди простых нравов того времени использовали ее как отхожее место. Это был верх натурализма. Возможно это и было причиной смеха Бруно. Мы провели в галерее часа два, и перед уходом решили посмотреть выставку ювелирных украшений.

Share this post


Link to post
Share on other sites

...а морду на кнопке на Вашем ноже Вы резали?

Нет. Я попробовал, но через 5 минут понял, что надо обращаться к моему приятелю - Сереже Полунину.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Продолжим:

..решили посмотреть выставку ювелирных украшений. Там цены были поменьше, чем в галерее с картинами, но все же иногда с  шестью нулями. Публика там была несколько другая. Было больше женщин, похожих на жителей Парк Авеню , только возраст у них был постарше, чем в картинной галерее, и ростом они были пониже. Вдруг Бруно поздоровался с кем-то по-английски. Ему ответила очень пожилая женщина, и я удивился. Это была миссис Холлендер из дома, где жил Бруно.                                                                         

Она не удивилась встрече, ее муж при жизни собирал ювелирные украшения,  а теперь они ему не нужны, и ей скоро они тоже не понадобятся...

Share this post


Link to post
Share on other sites

...но у нее осталась большая коллекция барочного, то есть некруглого, уродливого по форме жемчуга. И она бы его продала и даже бы отдала какому-нибудь музею. Я поинтересовался ценой, а она ответила – один консультант сказал - два миллиона. А другой, куратор сказал три с половиной, но в общем « небольшая разница». Когда мы шли к машине, чтобы ехать домой, мы опять встретили миссис Холлендер у дверей Сотби. Она ждала лимузин. Я предложил ей место в машине, если она также едет домой. Она сказала, что едет  домой, а присоединиться к нам отказалась. Наверное, из соображений комфорта, но нас все же поблагодарила. О барочном жемчуге я знал следующее. Сегодня –это очень простая технология, и этим бизнесом успешно занимаются китайцы. Вам могут вырастить жемчужину любой конфигурации - овальную, раздвоенную, похожую на слезу, яблочное семя, муравья, жука, человека и даже крестообразную жемчужину. Но все это - выращенное искусственно. У них нетолстая «накра»- это верхний слой, называемый иногда дентином. Он довольно быстро желтеет, да и размером эти жемчужны поменьше и довольно хрупкие.

Другое  дело - барочный жемчуг, созданный природой. О размерах говорить не приходится. При этом качество его идеально. Он крепок, накра толстая, содержание дентина очень высоко и характерную жемчужине фактуру и цвет он не поменяет и за 500 лет. О круглом и овальном жемчуге я здесь не говорю, он очень красив, но с моей точки зрения не так интересен. В старину, когда нас окружало гораздо меньше предметов, и украшения были у людей на виду, использовалось сходство уродливого жемчуга с различными насекомыми, улитками, птицами, пчелами, а также с человеческими головами, руками, ногами, носами и сердцами. Все это доводилось художниками и ювелирами до еще большей схожести с тем, что уже было создано природой, но считалось пороком с точки зрения людей.  Для этого жемчужины оправляли золотом, серебром, добавляли, где нужно сапфиры, рубины, бриллианты, морские кораллы и эмаль.  Когда работа заканчивалась, этот жемчуг стоил во много раз больше, его могли приобрести только очень богатые люди. В 16-17 столетии художники тратили на изготовление таких украшений иногда по полгода и больше. Чем в это время питалась их семья, я не знаю, но думаю, что экономика в то время была другой. Ведь все-таки художники были сыты. А богатые дамы могли щеголять в этих украшениях. Что еще можно добавить ? Здесь и ранее я употреплял официальное название такого вида жемчуга- от слова « Барокко» . Но мне кажется, что  русское  слово  «порочный», которое иногда употрепляют по ошибке, и в самом деле более подходит по смыслу, ведь они все имели дефекты по сравнению с традиционным жемчугом.  

 

 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Другое  дело - барочный жемчуг, созданный природой. О размерах говорить не приходится. При этом качество его идеально. Он крепок, накра толстая, содержание дентина очень высоко и характерную жемчужине фактуру и цвет он не поменяет и за 500 лет. О круглом и овальном жемчуге я здесь не говорю, он очень красив, но с моей точки зрения не так интересен. В старину, когда нас окружало гораздо меньше предметов, и украшения были у людей на виду, использовалось сходство уродливого жемчуга с различными насекомыми, улитками, птицами, пчелами, а также с человеческими головами, руками, ногами, носами и сердцами. Все это доводилось художниками и ювелирами до еще большей схожести с тем, что уже было создано природой, но считалось пороком с точки зрения людей.  Для этого жемчужины оправляли золотом, серебром, добавляли, где нужно сапфиры, рубины, бриллианты, морские кораллы и эмаль.  Когда работа заканчивалась, этот жемчуг стоил во много раз больше, его могли приобрести только очень богатые люди. В 16-17 столетии художники тратили на изготовление таких украшений иногда по полгода и больше. Чем в это время питалась их семья, я не знаю, но думаю, что экономика в то время была другой. Ведь все-таки художники были сыты. А богатые дамы могли щеголять в этих украшениях. Что еще можно добавить ? Здесь и ранее я употреплял официальное название такого вида жемчуга- от слова « Барокко» . Но мне кажется, что  русское  слово  «порочный», которое иногда употрепляют по ошибке, и в самом деле более подходит по смыслу, ведь они все имели дефекты по сравнению с традиционным жемчугом.  

 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Думаю, что значение слова «порок» нам хорошо знакомо, а на жемчуге я осмелюсь задержаться еще немного. Иногда я представляю себе какую-то дивную перламутровую раковину,  где-нибудь в глубине теплых морей, в Полинезии,  а вокруг плавают фантастические рыбы с кисейными хвостами, едва шевеля пестрыми плавниками в неподвижной воде, а в раковине какой-нибудь причудливый моллюск трудится, а потом превращает избыток своего хитина в будущее чудо в таинственной подводной тишине. Вот такие жемчужины хотела продать или подарить музею миссис Холлендер.

Я  сказал Бруно:

-Когда ты получишь наследство, то сможешь купить картины с муравьями и улитками и коллекцию миссис Холлендер.  Жемчуг миссис Холлендер тебе придется по вкусу. Добрая половина поделок из такого жемчуга – это украшения в виде насекомых, а я давно вижу, что ты к ним неравнодушен. Если бы ты видел, какие красивые бывают стрекозы. В музее я видел такую стрекозу - тельце из двух  жемчужин, глаза изумрудные, и все это оправлено красным золотом. 

Бруно подошел ко мне и взял меня за рукав, он ловил каждое мое слово с таким же вниманием, с каким он слушал мистера Оппенгейма в аэропорту.

Я продолжил:

- Оса там была еще красивее. Черные полоски на брюшке у нее были сделаны из агата. Они чередовались с белыми из перламутра, жало и лапки –из черного травленного золота, а тельце из черной овальной жемчужины.                                                      

-А из чего крылья ?- спросил Бруно, пристально глядя мне в глаза.                                     

-  У стрекозы крылья из бледно голубого аквамарина.                                                              

- Все четыре ?                                                                                                                                          

 -Да.                                                                                                                                                              

- А у осы ?                                                                                                                                             

- У осы… Уже и не помню, кажется из прозрачной венской эмали.                                          

-А из чего делают аквамарин ?                                                                                                              

- Это - полудрагоценный камень, его иногда находят в земле.                                                   

- А эмаль ?                                                                                                                                               

- А эмаль делают из полевого шпата, ляпис-лазурита и кварца и многих других составных.                                                                                                       

От этих слов Бруно пришел в невероятное возбуждение:

-Снегоед, как мне поскорее купить  насекомых миссис Холлендер, ведь у меня еще нет денег ?             

- Мистер Оппенгейм работает над этим- нужно ждать получения наследства, тогда это будет не так сложно.                                                                                         

-Да, тогда это будет не так сложно,- сказал Бруно.

В течение нескольких дней после этого разговора, Бруно стоял на улице и ждал, пока миссис Холлендер выведет свою собачку. Но совершенно неожиданно для Бруно, миссис Холлендер появилась не из парадной их дома, а из лимузина, который привез ее из морского порта. Швейцар подхватил ее чемоданы, а она кокетливо поздоровалась с Бруно.                                       

- Миссис Холлендер, не продавайте никому вашу коллекцию с насекомыми.                      

- Какими насекомыми, мистер Шнайбе ?                                                                                       

Share this post


Link to post
Share on other sites

- Из жемчуга, аквамарина, золота, эмали, агата и перламутра,     с изумрудными глазами.                                                                                                                           

- Вы шутник, мистер Шнайбе. Хотя вы очень близки к истине.                                                  

- Я скоро получу наследство, и мне надо знать заранее, в каких деньгах вы рассчитываете получить , в евро или в долларах? Я должен все посчитать.       

- Я рассчитываю на три с половиной миллиона долларов                                                           

-Это довольно много, у меня никогда не было таких денег, мое пособие всего 1400 евро.                                                                                                                                                    

- Как же вы хотите уплатить такую сумму ?                                                                                    

- Я  получу деньги Сильвии.                                                                                                                 

- А, я наслышана об этой истории, теперь мне все понятно, весь дом только об этом и говорил.                                                                                                                                 

- А можно взглянуть на вашу коллекцию ?                                                                             

- Мистер Шнайбе, дайте мне один час, я приведу себя в порядок после дороги. И потом я так соскучилась по моей малышке, я ей звонила из путешествия каждый день. Я привезла ей лакомство из Англии , а во Франции я купила ей  оригинальную курточку с  капюшоном. Моя Дэзи будет так рада.                                                                                                                                                                 

В это время подошел швейцар и сказал :

-Миссис Холлендер, не забудьте, что в два часа должны привезти вашу собачку из отеля.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×
×
  • Create New...

Important Information

We have placed cookies on your device to help make this website better. You can adjust your cookie settings, otherwise we'll assume you're okay to continue.